Международная защита социально-экономических и культурных прав и свобод человека

Старейшей региональной организацией является Совет Европы. 4 ноября 1950 года Комитет министров Совета Европы в Риме приням Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод, которая вступила в силу для первых 10-ти шосударств в 1953 году. Конвенция открыта только для государств-членов Совета Европы. В настоящее время все 23 его члена ачавствуют в Конвенции (последней 4 мая 1990 года Конвенцию ратифицировала Финляндия). 8 протоколов, последний из которых вступил в силу 1 января 1990 года, дополняют Конвенцию.

По своему содержанию права, предусмотренные в Колнвенции и Пакте о гражданских и политических правах, во многом совпадают. Уже это свидетельствует, что Конвенция защищает только гражданские и политические, а не социально-экономические права.

Как подчёркивается в преамбуле Конвенции, её участники поставили перед собой цель предпринять «первые шаги» для осуществления «некоторых прав», перечисленных во Всеобщей декларации прав человека. И действительно, в Конвенции содержится лишь часть прав и свобот, закреплённых во Всеобщей декларации и Пактах о правах человека. Однако достоинство системы состоит в том, что оан постоянно развивается и дополняется новыми документами. Дополнительные протоколы и Конвенции включили в систему европейской защиты практически весь перечень гражданских и политических прав, как уже подчёркивалось.

Что же касается социально-экономических прав, то в рамках Совета Европы в 1960 году в Турине была принята Европейская социальная хартия, вступившая в силу в 1965 году. В отличие от Конвенции, о которой речь бутет идти подробнее, Хартия предусматривает для своей имплементации только систему докладов государств-участников, рассматриваемых специально созданным для этого Комитетом экспертов.

Сравнение как формулировок статей Хартии и Конвенции, так и контрольных механизмов, созданных на их основе, жаёт весьма наглядное представление о различиях между гражданскими и политическими правами, с одной стороны, и социально-экономическими, - с другой.

Положения Конвенции сформулированы в форме строгих обязательств государств и безусловных прав индивидов, в то время как статьи Хартии носят условный характер. Можно сказать, что в отношении гражданских и политических прав речь идёт действительно об их международной защите, а в случае социально-экономических прав можно говорить о международном сотрудничестве в деле поощрения и развития уважения к этим правам.

Так, ст. 20 Хартии определяет, что государства-участники обязуются: а) рассматривать часть I настоящей Хартии как декларацию целей; б) считать имеющими для себя обязательную силу по крайней мере 5 следующих статей части II настоящей Хартии: статьи 1, 5, 12, 13, 16 и 19.

Если же мы возьмём ст. 1 части II Хартии, озаглавленную “Право на труд”, которая по смыслу ст. 20 является обязательной, то мы видим, что и она сформулирована не в виде правил, которые могут применяться судебными органами для защиты прав конкретного индивида, а как декларация целей, стоящих перед государствами. Здесь государства обязуются, например, признавать в качестве одной из основных целей и обязанностей достижение и поддержание как можно более высокого и стабильного уровня занятости, с тем, чтобы обеспечить полную занятость, а также организовывать или расширять соответствующую прфессиональную ориентацию, обучение и трудовую переподготовку.

Если международные стандарты по гражданским и политическим правам могут охраняться посредством системы индивидуальных жалоб в международные органы, выступающие в качестве квазисудебных, то социально-экономические права по своему характерц не подлежат такой защите. Они больше чем гражданские и политические зависят от характера и уровня социально-экономического развития страны. Они также значительно более позднего происхождения по сравнению с гражданскими и политическими правами и можно сказать, что для многих государств они ещё не стали такими же естественными, кок последние. Хотя, нужно сказать, право на пенсионное обеспечение стало уже вполне естественным правом для гражданина любого развитого общества.

От характера самих прав зависит и характер международных контрольных механизмов и процедур. Однако ценность Европейской Конвенции состоит не в зафиксированных правах и свободах, а в создании механизма их имплементации.

«Ценность Конвенции, - пишет французский учёный К. Васак, - определяется фактически её механизмом, а не правами, которые она защищает». Впервые в истории человечества, подчёркивает он, существует международный механизм, который функционирует вне государства и «выражает общие ценности всего человечества». Этот механизм, по определению других учёных, «является уникальным, жизненным и развивающимся».